Каждая пядь должна вернуться? Начнём с России

11 ноября 2026 года, после завершения переговоров России, Украины и Соединённых Штатов в Абу-Даби, Владимир Мединский, глава российской делегации, заявил, что каждая пядь земли, которую Москва считает своей, будет возвращена России. Так или иначе. Как сообщило агентство «Интерфакс», это стало очередным заявлением о российских территориальных претензиях к Украине. Но в этих словах скрывается куда более интересная проблема.

Что произойдёт, если всерьёз отнестись к словам Мединского и применить принцип возвращения исторических земель не только к соседям России, но и к самой России?

Однако прежде чем заглядывать в архивы российских завоеваний, вспомним два документа. В 1997 году Россия подписала договор, в котором признала территориальную целостность Украины и нерушимость её границ. В 2003 году Владимир Путин лично подписал договор, определяющий прохождение сухопутной границы между двумя государствами. К документу прилагались карты с границей, обозначенной красной линией. Договор вступил в силу в 2004 году. Договор о дружбе прекратил действие в 2019 году, но сам факт прежнего признания границ никуда не исчез. Теперь Москва требует земли, принадлежность которых Украине сама ранее подтвердила. А раз современных подписей недостаточно, посмотрим, что могли бы рассказать российским политикам старые карты. Текст договора о границе 2003 года находится в открытом доступе.

Казань, или с чего начать возвращение земель

Представим, что в Москве создаётся специальная комиссия по вопросам исторической территориальной справедливости. Её члены получают задание: установить, кому изначально принадлежали земли, которые российское государство сегодня считает своими. Проблемы возникают уже при изучении первых документов.

В 1552 году войска Ивана IV захватили Казань, столицу Казанского ханства. Четыре года спустя они подчинили Астраханское ханство. Оба события открыли Москве путь к дальнейшей экспансии в направлении Волги, Урала и Азии. У этих территорий были собственные правители, народы, традиции и история задолго до того, как они оказались под российской властью.

Сегодня Казань является столицей Татарстана, одной из республик Российской Федерации. Поэтому, если кто-то утверждает, что историческая принадлежность земли даёт право на её возвращение, ему следовало бы объяснить, почему история должна отсчитываться исключительно с момента российского завоевания. Неужели прежние жители утрачивают свои исторические права в тот день, когда завоеватель объявляет о победе?

Стоит вспомнить и историю башкир, земли которых в XVI веке постепенно оказались под властью Москвы. Этот процесс включал соглашения, обещания сохранить земельные права, а впоследствии также конфликты и восстания. Не каждое присоединение происходило одинаково. Тем абсурднее выглядит попытка свести сложную историю множества народов к одному утверждению об их якобы исконной принадлежности России.

Сибирь. Миллионы квадратных километров и один неудобный вопрос

В конце XVI века началась российская экспансия за Урал. Поход Ермака в начале 1580-х годов и войны с Сибирским ханством стали одними из первых этапов процесса, в ходе которого российские отряды за последующие десятилетия добрались до Тихого океана. Вместе с войсками, переселенцами и чиновниками приходили новые налоги, повинности и зависимость от российского государства.

Но на этих землях уже жили люди. Якуты, буряты, эвенки, ханты, манси и множество других народов имели собственные способы хозяйствования, традиции и исторические связи со своими территориями. Им не требовалась печать московского чиновника, чтобы их история получила право на существование.

Если же рассматривать принцип Мединского как универсальный рецепт переустройства мира, возникает вопрос: какие права на землю принадлежат её прежним жителям? И почему российские исторические притязания должны иметь больший вес, чем их собственная история? Московская комиссия могла бы внезапно обнаружить, что вместо списка российских требований составила огромный перечень вопросов, по которым самой России предстоит держать ответ.

Кавказ. История, которую невозможно уместить в одну подпись

В 1783 году Картли-Кахетинское царство приняло российский протекторат на основании Георгиевского трактата. Россия обязалась защищать царство, однако в 1801 году аннексировала его и упразднила самостоятельную монархию. В последующие десятилетия она распространила свою власть на другие земли Кавказа. Этот пример показывает, как историческое повествование о добровольном объединении может умалчивать о моменте, когда государство, которому обещали защиту, лишилось собственного суверенитета.

На северо-западе Кавказа особенно трагичной оказалась судьба черкесов. Многолетняя российская экспансия завершилась в 1864 году подавлением их организованного сопротивления. Эти события сопровождались массовыми изгнаниями, бегством населения и гибелью огромного числа людей. Историки рассматривают произошедшее как пример колониального насилия и этнических чисток; вопрос о квалификации этих событий как геноцида остаётся предметом отдельной дискуссии.

Трудно рассматривать эту историю как обычное перемещение границы на карте. Речь шла о конкретных сообществах, потерявших дома, земли и возможность самостоятельно распоряжаться своей судьбой. Если политики в Москве хотят говорить об исторической справедливости, истории Кавказа определённо есть что им рассказать.

Польша, Финляндия, Центральная Азия. У империи был хороший аппетит

История Речи Посполитой даёт ещё один пример. В 1772, 1793 и 1795 годах Россия вместе с Пруссией и Австрией участвовала в разделах польско-литовского государства. В результате третьего раздела Речь Посполитая исчезла с карты Европы. Российские приобретения включали преимущественно территории современных Литвы, Беларуси и Украины, а в XIX веке под российским господством оказалась также значительная часть польских земель.

В 1809 году Россия завоевала Финляндию в войне со Швецией. Было создано автономное Великое княжество Финляндское, правителем которого являлся российский император. В декабре 1917 года Финляндия провозгласила независимость. Если бы сегодня кто-то заявил, что историческая власть российских царей даёт России право на финскую территорию, это было бы не юридическим аргументом, а имперским притязанием, облачённым в исторический костюм.

В XIX веке российская экспансия охватила также значительную часть Центральной Азии. В 1865 году российские войска заняли Ташкент, в 1868 году Самарканд. Бухарский эмират и Хивинское ханство оказались в зависимости от Санкт-Петербурга. Сегодняшний Узбекистан и соседние государства обладают собственным суверенитетом, который не отменяется тем обстоятельством, что когда-то их землями управляли российские губернаторы.

К этому добавляется история Советского Союза, который не следует напрямую отождествлять ни с прежней царской империей, ни с современной Российской Федерацией. В 1940 году СССР оккупировал и аннексировал Литву, Латвию и Эстонию. Страны Балтии восстановили независимость в 1990–1991 годах, а Соединённые Штаты на протяжении десятилетий не признавали законность их включения в состав СССР. Этот пример показывает, что даже многолетнее осуществление власти не превращает автоматически незаконную аннексию в законное право на территорию.

Возвращение захваченных земель и репарации. Счёт для империи

Если каждая пядь земли должна вернуться к тем, у кого её отняли, исторический расчёт не может ограничиваться российскими требованиями к соседям. Он должен охватывать и земли, захваченные самой Россией. Казань, Сибирь, Кавказ и другие территории российской экспансии не были пустыми пространствами на карте, начавшими существовать только после прихода царских войск. За каждым завоеванием стоят народы, утраченные права, отнятая собственность, принудительные переселения и ущерб, последствия которого могут сохраняться на протяжении поколений.

Таким образом, последовательное применение принципа исторической справедливости приводит к требованию вернуть захваченные земли, восстановить права их жителей, выплатить репарации и компенсации за причинённый ущерб. Недостаточно просто признать, что империя совершала ошибки. Необходимо разобраться с последствиями завоеваний, лишения собственности, депортаций и грабежей при участии народов и сообществ, которые от них пострадали. Именно они должны иметь право голоса при определении способов исправления исторической несправедливости.

Это не только абстрактное моральное требование. Декларация ООН о правах коренных народов признаёт их права на традиционные земли и ресурсы. Её статья 28 предусматривает возмещение причинённого ущерба, в том числе возвращение отнятых территорий, а когда это невозможно, справедливую компенсацию. Принципы ответственности государств за международно-противоправные деяния, в свою очередь, предусматривают реституцию и возмещение ущерба. Они не разрешают автоматически все вопросы, связанные с завоеваниями прошлых столетий, но показывают, что возвращение земель и возмещение причинённого ущерба являются реальными инструментами восстановления справедливости, а не просто риторической фигурой.

В случае Украины ответственность России имеет непосредственное современное измерение. Существуют международно признанные границы, прежние обязательства Москвы и запрет на приобретение территорий силой. В резолюции ES-11/4 от 12 октября 2022 года Генеральная Ассамблея ООН осудила попытку аннексии четырёх украинских областей. Следующая резолюция ES-11/5, посвящённая репарациям, признала необходимость создания механизма возмещения ущерба, причинённого российской агрессией. В данном случае речь идёт не об исторической интерпретации, а об ответственности за современные действия государства.

Каждая пядь земли. Но чьей?

Вернёмся к Владимиру Мединскому. После двух дней переговоров в Абу-Даби стороны достигли предварительной договорённости о масштабном обмене военнопленными. Однако основной спор о территориях так и не был разрешён. Именно в этом контексте российский переговорщик пообещал вернуть каждую пядь земли, которую Москва считает своей.

Разумеется, он не говорил, что Россия намерена возвращать земли, захваченные её собственными царями. Такое толкование было бы слишком вольным и, главное, противоречило бы контексту его слов. Но в качестве мысленного эксперимента это заявление подходит как нельзя лучше.

Представим, что каждое историческое завоевание подвергается такой же проверке. Казань напоминает о покорённом ханстве, народы Сибири о захваченных землях, черкесы о массовых изгнаниях, а поляки о разделах Речи Посполитой. Готова ли Россия применить к этим историям тот же принцип, который её представители так охотно используют в отношении Украины? Признать права покорённых народов, поднять вопрос о возвращении земель, восстановлении справедливости и выплате репараций?

Есть при этом одна деталь, ради которой не нужно обращаться к архивам Ивана Грозного. В январе 2003 года Владимир Путин подписал документ, определяющий сухопутную границу России с Украиной. Сегодня его посланник уверяет, что каждая пядь российской земли будет возвращена. Между этими двумя датами не исчезла ни одна карта. Изменились требования Кремля.

Поэтому, если Мединский действительно хочет говорить о возвращении земель и исторической справедливости, стоит распространить этот разговор на всю историю российских завоеваний. Не только спросить, что Россия считает своим, но и установить, что она отняла у других, какие права нарушила и какой ущерб оставила после себя. Только тогда в историческом счёте появятся и требования покорённых народов: возвращение земель, восстановление прав, компенсации и репарации.

Каждая пядь должна вернуться? Начнём с России. Не с её очередных претензий к соседям, а с расчёта за то, что она сама захватила. Ведь государство, которое требует исторической справедливости исключительно для себя, предлагает не универсальный принцип. Оно выставляет счёт, из которого предусмотрительно вычеркнуло всех своих кредиторов.